Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

«Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но…»

Экспертная оценка

На вопросы ИА REGNUM о проблемах российско-белорусских отношений отвечает Михаил Нейжмаков

ИА REGNUMСчитаете ли вы Союзное государство Белоруссии и России государством?

С одной стороны, Договор о создании Союзного государства прямо именует данное объединение государством (например, в ст.5), а не, скажем, «международной организацией региональной интеграции», как будет назван образованный позже ЕАЭС. С другой, в ст.1 Договора ведь сказано, что данное российско-белорусское образование — не итог, а лишь «новый этап в процессе единения народов двух стран в демократическое правовое государство». В принципе, это можно понимать и как указание, что с подписанием в 1999 году Договора процесс создания единого государства не завершался, его, в идеале, только предстояло построить в будущем.

Беларусь войдет в состав России, либо ее ликвидируют

Как бы то ни было, шагов к более глубокой интеграции, о которых говорили в конце 1990-х — начале 2000-х (от введения единой валюты до прямых выборов в нижнюю палату союзного парламента), так и не последовало. Теоретически есть три пути для развития Союзного государства в будущем: сохранение в нынешнем «режиме ожидания», поглощение этого проекта со стороны ЕАЭС, либо качественный скачок к более глубокой интеграции.

Последний вариант — пока наименее вероятный. И, видимо, останется таким в обозримом будущем. Белорусские элиты опасаются, среди прочего, слишком активной экспансии российских корпораций и поглощения ими ключевых экономических активов в республике. К тому же, на фоне внешнеполитических проблем Москвы Минску больше политических и экономических выгод несет не сближение с Россией, а нейтралитет. Уступки белорусской стороне, которая может сделать Москва ради интеграции, тоже имеют предел. Возможно, интерес официального Минска к Союзному государству возрастет, если в белорусских верхах почувствуют серьезную угрозу со стороны западных держав на фоне внутриполитической нестабильности, а Россия, при этом, будет сильна и привлекательна для большей части населения Белоруссии.

Владимир Путин еще в марте 2015 года заявлял, что не стоит противопоставлять ЕАЭС и Союзное государство, так как «одно не подменяет другое» и это не просто риторика. Скорее всего, от Союзного государства не откажутся, как минимум, до тех пор, пока евразийские интеграционные проекты полностью «встанут на крыло».

Таким образом, скорее всего, Союзное государство в ближайшие годы останется «в режиме ожидания». Вряд ли здесь пока доведется увидеть исторические прорывы и, тем более, превращение этого объединения в подобие мягкой федерации, но и скорого закрытия этого проекта тоже ждать не стоит.

ИА REGNUMВ каких трудных для России ситуациях официальный Минск оказал поддержку России как союзник и в чём эта поддержка выразилась?

Можно вспомнить, как 27 марта 2014 года Беларусь оказалась в числе 11 государств, проголосовавших против резолюции Генассамблеи ООН «о территориальной целостности Украины», где заявлялось о незаконности крымского референдума. С другой стороны, Минск не признал присоединение Крыма к России официально, а заявления Александра Лукашенко по этому поводу были весьма противоречивыми. Он отмечал, что Крым «де-факто территория России», но называл «неправильным подходом» считать этот регион исконно российской территорией. При этом, в ноябре 2015 года Белоруссия поддержала резолюцию Генассамблеи ООН в поддержку деятельности МАГАТЭ, в котором атомные объекты в Крыму были названы принадлежащими Украине. Если вспомнить события чуть более отдаленного прошлого, то белорусское руководство не оправдало надежд многих россиян, ожидавших, что Минск признает независимость Абхазии и Южной Осетии.

Какой из этого можно сделать вывод? Безусловно, «непотопляемым авианосцем» (или «огромной Брестской крепостью») России на международной арене Белоруссию назвать нельзя. Впрочем, и у Вашингтона с его «непотопляемыми» союзниками тоже далеко не во всем царит единодушие. Так, можно вспомнить хотя бы горячие споры между руководством США и Израиля по поводу Ирана. Да и в голосовании за упомянутую резолюцию «о территориальной целостности Украины» израильский представитель в Генассамблее ООН, вопреки позиции американских союзников, участвовать отказался.

Возвращаясь к собственно Белоруссии — вспомним, что даже на фоне других участников ЕАЭС, ее официальная позиция в отношении России смотрится не так уж проигрышно. В третий раз упомянем резолюцию Генассамблеи ООН от 27 марта 2014 года — ведь против нее из партнеров России в бывшем СССР выступили только Армения и Белоруссия.

Лукашенко — не самый удобный партнер для Москвы. Но, скажем прямо, у России в бывшем СССР сейчас нет союзников, готовых поддерживать ее в серьезном прямом противостоянии с западными державами, а в затяжных региональных конфликтах обещать больше, чем благожелательный нейтралитет. Исключением являются, разве что, некоторые из новых государств (Абхазия, Южная Осетия), находящиеся полностью в орбите Москвы, но при этом обладающие минимальными возможностями на международной арене.

ИА REGNUMНасколько реальна угроза «разворота на Запад» официального Минска?

«Разворот на Запад» предполагает повышенный интерес к Минску со стороны западных держав. Но такой интерес непременно закончится активным вмешательством этих государств во внутренние дела Белоруссии и принуждением ее к передаче самых значимых экономических активов западным корпорациям. По этой причине недолгий «медовый месяц» между Минском и европейскими державами в 2009—2010 годах быстро закончился новым разрывом. Белорусским верхам выгоднее не разворот на Запад, а нейтралитет Запада, который будет отвлечен на другие проблемы, но периодически обращаться к Минску за посредническими услугами. По сути, новая белорусско-европейская оттепель и проходила на фоне усталости ЕС от неурядиц на восточных рубежах. Вспомним достаточно вялый Рижский саммит «Восточного партнерства» в мае 2015 года. Сближение Минска с ведущими игроками ЕС имеет свои пределы, по крайней мере, пока у руля Белоруссии будут оставаться Александр Лукашенко или представители его команды. Новый серьезный всплеск интереса европейских игроков к постсоветским государствам должен будет насторожить Минск и, как ни парадоксально, даже может в итоге привести его к дополнительному сближению с Россией.

ИА REGNUMПочему официальный Минск использовалGONGOдля разжигания русофобии, отказавшись от прямого, честного, конструктивного обсуждения вопроса о размещении базы ВВС РФ в Белоруссии?

Сейчас внимание России больше сосредоточено не на западных, а на южных рубежах. В условиях экономического кризиса ресурсы страны ограничены. Не могут ли долгие дискуссии о потенциальной российской авиабазе в Бобруйске быть согласованной игрой Москвы и Минска, блефом, адресованном как Украине, так и Западу? Стиль, который задал во внутренней и внешней политике Владимир Путин — неожиданные ходы, которым предшествует скрытая подготовка. Напротив, тема авиабазы поднимается Москвой довольно давно и открыто, несмотря на явное сопротивление белорусской стороны. Минску выгодно продемонстрировать как западным державам, так и Киеву свою независимость от Кремля. Но и Москву сейчас вполне устраивает Белоруссия именно в качестве нейтрального государства, возможного посредника для переговоров с Украиной и дополнительного «окна» во внешний мир.



Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но

Лукашенко – не самый удобный партнер для Москвы. Но