Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

В истории каждого военного корабля боевые службы занимают особое место. Именно дальние походы, демонстрация военно-морского и национального флагов, выполнение целого комплекса специфических задач вдали от родных берегов являлись для офицеров и матросов настоящей профессиональной школой. В славной летописи морских походов сторожевого корабля «Бдительный» есть две боевые службы, которые пришлись на начало 80-х годов прошлого столетия.
Первая боевая служба состоялась в знаменательный для Советского Союза год — год проведения Московских Олимпийских игр. Пока советские спортсмены отстаивали честь страны на беговых дорожках, волейбольных и баскетбольных площадках, борцовских коврах и боксерских рингах, военные моряки решали ответственные государственные задачи вдали от родных берегов. Экипажу сторожевого корабля Балтийского флота «Бдительный» под командованием капитана 3 ранга Льва Шевченко в составе группы кораблей предстояло вести слежение за американскими авианосцами в Средиземном море.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: слева — вид авианосца «Саратога» в визирную колонку СКР «Бдительный»; справа — командир СКР «Бдительный» капитан 3 ранга Л. Шевченко на ходовом посту.
В отряд кораблей входили также СКР «Дружный», на котором находился командир 128-й бригады капитан 1 ранга Владимир Егоров, и танкера «Лена».
Переход от Балтийска до Гибралтарского пролива прошел в штатном режиме. Определенная сложность заключалась в том, что экипаж СКР «Бдительный» перед походом доукомплектовывался молодыми матросами, не имевшими опыта мореплавания. На выходе из Балтийских проливов начиналась настоящая океанская качка. Адаптация личного состава происходила непросто. Впрочем, океанская волна быстро учила молодежь азам морской науки. На переходе советские боевые корабли традиционно вызывали повышенный интерес у самолетов-разведчиков и разведывательных кораблей стран НАТО. Вели они ордер плотно: осматривали со всех сторон, облетали, фотографировали.
Операция «Доктор»
Если переход до Гибралтара военным морякам никаких сюрпризов не преподнес, то в первый же день нахождения в Средиземном море произошел случай, заставивший понервничать не только экипажи сторожевых кораблей «Бдительный» и «Дружный», но и командование 5-й оперативной эскадры ВМФ СССР.
Вспоминает капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— В западной части Средиземного моря была расположена 64-я точка якорной стоянки — собственность СССР — бочка, на которую становились советские корабли. После пересечения Гибралтара мы сделали там остановку, чтобы осмотреться, передохнуть и дождаться указаний. Вдруг на борт корабля поступила телеграмма: «На подлодке доктору стало плохо, нужна экстренная помощь». Как выяснилось позже, недалеко от нас после окончания боевой службы курсом на родные берега проходила подводная лодка Северного флота. Оказалось, у врача подводной лодки воспалился аппендицит. Причем ситуация была настолько критичной, что он уже собирался сам сделать себе операцию. Проблема заключалась в том, что лодка не может совершить переход на север без доктора. Ее скорость в надводном положении не велика — домой идти почти месяц, а доставить на субмарину нового доктора было весьма проблематично. Тогда было решено, что подлодка приблизится, насколько это возможно, к СКР «Бдительный» и заболевшего офицера переправят на корабль, где ему сделают операцию. Однако осуществить задуманное на практике оказалось гораздо сложнее, чем казалось при обсуждении.
К разговору подключается другой участник боевой службы капитан 1 ранга запаса Олег Дудин:
— На кораблях отряда находилась, чуть ли не целая бригада врачей хирургического профиля. Получив известие о происшествии на подлодке, всех медиков переправили на «Бдительный». Ночью корабль снялся с бочки и отправился на поиски подводной лодки северян. Все действия координировал штаб 5-й Средиземноморской оперативной эскадры. Утром мы обнаружили подводную лодку. Но в этот день выдался сильный шторм, море — горбатое, баркас не спустить, к лодке не приблизиться. Идем параллельными курсами. Завели на подлодку тросовую оснастку, как для передачи твердых грузов на ходу, и решаем, как дальше быть, каким образом доктора переправить на «Бдительный». Расстояние между подлодкой и кораблем составляло около 50 метров.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: СКР «Бдительный» и ПЛ на параллельных курсах (1980 год).
Кто-то предложил использовать для доставки врача специальный изолирующий контейнер — герметичный аппарат оранжевого цвета. Но выдержит ли он штормовую волну? Для верности сначала решили опробовать переправу. Погрузили в контейнер мешок картошки. Если все пройдет гладко, значит, и доктора без проблем доставим...
Предосторожность оказалась не лишней. Как только подводники начали тянуть контейнер с картофелем, в него ударила мощная волна. Канат не выдержал, контейнер сорвало и унесло в море — ориентировочно в сторону Марокко. Кто-то, наверное, потом выловил «подарок» советских моряков — мешок отборной картошки. После неудачной попытки моряки решили не рисковать и поискать иной способ доставки доктора на корабль. Но какой?
Самый простой, но, пожалуй, и самый надежный.
— Если хочет жить — пусть обвязывается шкертом (веревкой, применяемой в морском деле) и прыгает в воду, а мы его вытянем, — предложили моряки с «Бдительного». Единственное, попросили подводников, не делать узел в виде удавки. Ведь у врача аппендицит. Чтобы не лопнул при транспортировке.
Доктор оказался мужественным и терпеливым человеком. Несмотря на крайне тяжелое состояние, невыносимую режущую боль, он, не раздумывая, шагнул в бушующее море. Сколько времени его тащили через пенящиеся волны, участники и очевидцы тех событий сегодня уже и не вспомнят. Однако все завершилось благополучно. Доктор сторожевого корабля «Бдительный» старший лейтенант Валерий Козлов вместе с хирургом с СКР «Дружный» успешно прооперировали коллегу. Причем операция производилась на ходу в сильное волнение во время движения корабля в точку якорной стоянки. Чтобы максимально погасить качку, «Бдительный», пока хирурги орудовали скальпелями и зажимами, непрерывно ходил галсами...
Но что удивительно, на следующее после операции утро на море установился полный штиль. Словно погода, испытав на прочность характер военных моряков и убедившись, что морское братство сильней природной стихии, сменила гнев на милость. Впрочем, к моменту «выписки» доктора из лазарета СКР «Бдительный» море снова стало волноваться. Возвращался доктор на подводную лодку уже в чуть более комфортных условиях — на катере, который почему-то в нужный момент не завелся и его перетягивали на ПЛ при помощи троса.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: начальника медслужбы ПЛ после операции закрепляют на носилках (1980 год).
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: спуск катера с прооперированным на воду (1980 год).
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Здесь возникла другая проблема. Доставить доктора по месту назначения не сложно, но как его снять его на той стороне. Ведь у подлодки нет вертикальных бортов и подвести к ней легкий катер вплотную в условиях волнения невозможно. Подводники все-таки придумали способ поднять своего врача на лодку. Несколько человек обвязались канатами и, выстроившись вереницей, фактически проложили к катеру живую дорогу. Последний матрос стоял по пояс в воде. Доктора, закрепленного на специальных корабельных носилках, позволяющих транспортировать почти в вертикальном положении, аккуратно передавая с рук на руки, доставили чуть ли не к ходовой рубке и опустили в люк. Поблагодарив моряков «Бдительного», подводники сразу сыграли боевую тревогу и запросили «добро» на переход. Ведь у них закончился срок боевой службы, и после восьми месяцев в море все очень стремились обратно домой...
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: перегрузка больного на борт ПЛ (1980 год).
Загадочный Алжир
После экстремального начала боевой службы в Средиземном море сторожевой корабль «Бдительный» взял курс на Алжир. Во время перехода свободные от вахты моряки старались разнообразить походные будни. В свободное время ловили средиземноморскую рыбу, прямо на борту корабля проводили военизированные эстафеты и традиционные соревнования по перетягиванию каната.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

22 июня СКР «Бдительный» ошвартовался у причальной стенки алжирского порта Аннаба.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: заход в порт Аннаба (1980 год).
Африканский город встретил советских моряков летним зноем, экзотической архитектурой и искренними улыбками приветливого местного населения. Особое впечатление бравый вид матросов и офицеров производил на алжирских девушек.
В рамках делового захода помимо протокольных мероприятий экипаж смог немного отдохнуть, пополнить запасы топлива и продовольствия и провести планово-предупредительный ремонт корабля.
Во время пребывания в Аннабе для свободных от службы членов экипажа были организованы увольнения группами по пять человек. Перед сходом обязательный инструктаж, что здесь можно, а что нельзя. Как-никак незнакомая далекая страна, необычные для советских людей порядки. Для удобства советское консульство в Алжире предоставило морякам небольшой автобус для экскурсий.
Во время экскурсий моряки смогли прикоснуться к удивительной экзотике Алжира, побывать на старом римском кладбище, посетить собор Святого Августина и, конечно же, позагорать на местных пляжах. Несмотря на языковой барьер и строгие нравы, матросы быстро находили общий язык с алжирскими девушками.
Однако и здесь на безмятежно спокойном в тот период берегу Северной Африки судьба преподнесла моряка «Бдительного» новое испытание. Так получилось, что в порту Аннаба недалеко от советских боевых кораблей ошвартовалось британское судно-газовоз Edooch. В один из дней захода моряков Балтфлота в африканский порт на нем вспыхнул пожар. Причем судно загорелось изнутри. При ликвидации пожара серьезно обгорели два моряка. Им нужна была срочная, а главное, квалифицированная помощь. За ней подданные Ее Величества обратились на СКР «Бдительный». Где на пальцах, а где на ломаном английском языке вахтенные сторожевого корабля объяснились моряками с Edooch. Вызвали корабельного врача Валерия Козлова. Он быстро собрал все необходимое и оправился на британские судно. В течение нескольких часов доктор оказывал пострадавшим при пожаре англичанам медицинскую помощь. На следующий день британские моряки пришли на «Бдительный» поблагодарить врача и преподнесли ему презент. Так что, несмотря на различие политических систем и колючие ветры «холодной войны» советские моряки в беде коллег никогда не бросали.
После недельного отдыха на Северном побережье Африки сторожевым кораблям «Бдительный» и «Дружный» была дана команда следовать в юго-восточную часть Средиземного моря. Там морякам поставили задачу — найти и организовать слежение за американским авианосцем «Саратога», который резал форштевнем волну где-то в районе Италии.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: USS Saratoga.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: лейтенанты О.Дудин и В.Евченко на фоне эсминца УРО Lutjens (1980 год).
Капитан 1 ранга Владимир Сергеев:
— К слежению за авианосцем мы, естественно, были готовы. Но здесь случилась одна неприятность, которая усложнила экипажу выполнение задачи. Перед тем как отправиться на поиски «Саратоги», мы в море заправлялись топливом. Дело для экипажа привычное. Однако из-за сильного волнения в процессе перекачки топлива оборвался бакштов (кормовой буксировочный трос) и часть его намоталась на винт корабля. Нам бы остановиться освободить винт, но времени на это не оставалось. Сразу же после заправки мы устремились на поиски американского авианосца. Вместе с «Бдительным» в погоню за звездно-полосатым авианосцем отправились на поиски СКР «Дружный» и танкер «Лена».
Гнались за авианосцем всю ночь, как по кочкам на мотоцикле, тряслись из-за намотанного на винт швартового, но американца не упускали. Подошли к Мессинскому проливу. Чтобы проследовать через него, нужно согласовать все действия по дипломатическим каналам. Заранее этого предвидеть никто не мог. Авианосец буквально пролетел через пролив, а мы заякорились. Доложили, о ситуации начальству. Всем кораблям дали команду: «Ждите».
С утра решили освободить винт от обузы и приступили к водолазным работам. В экипаже «Бдительного» были штатные водолазы. Но в учебке, как готовили, — погружения проводили в бассейне или гавани. А здесь открытое море — условия совсем иные. Спустили мы по трапу молодого матроса. Он погрузился в воду. Смотрим. Никакого движения не заметно. Я говорю командиру: «Лев Николаевич, может, мне прыгнуть, посмотреть, что там происходит?» Командир согласился. Я нырнул без водолазного снаряжения. Гляжу, моряк нож достал, глаза огромные и пытается за трап зацепиться и обратно на корабль подняться. В общем, стресс у парня самый настоящий. Плечом его подтолкнул вверх. Затащили моряка на корабль, положили на палубу, а он весь дрожит, хотя солнце светит, жара. Укрыли парня одеялами. Переодели в водолазное снаряжение опытного старшину 2-й статьи из БЧ-5. Он спустился в воду, я за ним, проконтролировать, как он работать будет. Смотрю, старшина уже сидит на дейдвуде, ножом лихо концы рубит, куски в сторону откидывает. Знаками его спрашиваю, как дела? Он большой палец поднял вверх — отлично!
Тут поступила команда обогнуть полуостров и найти авианосец на выходе из пролива.
— Я, помню, стоял вахтенным офицером, — продолжил рассказ капитан 1 ранга запаса Олег Дудин. — Этот авианосец в составе большой группы кораблей зашел на Сицилию, там была военно-морская база. Мы стояли недалеко, дежурили, чтобы не пропустить выход «Саратоги». А активность судоходства в этом районе была запредельная. Индикатор РЛС весь светился от отметок. Авианосец под утро вышел один без сопровождения, о чем сигнализировала крупная засветка. Мы тут же устремились за ним. Подошли на расстояние примерно 5 миль. В течение нескольких суток неотступно его сопровождали. Четко контролировали работу палубной авиации. Они летали, как с конвейера. Почти каждую минуту очередной самолет отрывался от палубы. Мы фиксировали каждый взлет и посадку и по каждому самолету докладывали в штаб 5-й оперативной эскадры. Работа была очень напряженной, но экипаж выполнил ее с максимальной эффективностью. Анализ полученных в ходе сопровождения авианосца «Саратога» информации осуществлялся командованием 5-й оперативной эскадры.
«Дембель» неизбежен даже в море
Несмотря на то, что многим матросам и старшинам срочной службы уже во время похода светило увольнение в запас, все с удовольствием соглашались идти на боевую службу. Отказников не было. И в самом деле, когда еще представится возможность мир посмотреть, побывать в иностранных портах, искупаться в водах Средиземного моря? Да и задачи перед экипажем стояли ответственные — настоящая мужская работа! Такой «на гражданке», пожалуй, уже не будет. К тому же старослужащие помогали мичманам и офицерам молодежь обкатать, научить азам флотской профессии, понять, что такое настоящий морской порядок.
Однако закон есть закон. Отслужил положенное, прощайся с кораблем, с экипажем. А потому увольнялись матросы и старшины прямо посреди морских просторов. Даже свои традиции прощания с кораблем на «Бдительном» сформировались — общее построение экипажа на фоне развернутого Военно-морского флага, вручение фотографий, грамот, напутственные слова представителей командования корабля.
Замена людей в море происходила постоянно. Все планировалось заранее. Приходил с Севастополя морской буксир и забирал увольняемых. Их привозили в штаб на плавбазу. Когда появлялась возможность, пересаживали на корабль или судно, следующее в Севастополь.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

Почетный эскорт
По плану СКР «Бдительный» уходил на боевую службу на шесть месяцев. Но неожиданно поступила команда: боевую службу прервать. Как оказалось, в высшем политическом руководстве СССР было решено провести патриотическую акцию. Военным кораблям, имеющие названия приморских городов, предписывалось посетить с визитами города, чьи названия они носили на своих бортах. Первый секретарь Ленинградского обкома партии Романов обратился в ЦК КПСС с просьбой для единения комсомола с военными моряками прислать противолодочный крейсер «Ленинград», который выполнял задачи в Черном море.
Экипажу СКР «Бдительный» поставили задачу прервать боевую службу и сопровождать «Ленинград» в северную столицу нашей Родины.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: офицеры СКР «Бдительный» на борту ПКР «Ленинград» на фоне родного корабля (1980 год).
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: заправка от танкера в проливе Скагеррак (слева — ПКР «Ленинград» (1980 год).
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: корабельное учение по борьбе за живучесть (1980 год).
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Переход прошел планово без особо ярких событий. Мы подошли к рейду Балтийска. В этот момент наши супруги уже знали о том, что мужья совсем рядом. Было в Балтийске особое КПП — на одном из девятиэтажных домов существовал открытый выход на крышу, откуда хорошо просматривался рейд. Супруги моряков, естественно, еще на подходе знали, что у Балтийска появился вертолетоносец и эскорт сторожевиков. Сарафанное радио быстро разнесло по гарнизону благую весть, — корабли вернулись с боевой службы. Скоро встреча с любимыми! На кухнях служебных квартир и общежитий закипела работа. Жены быстренько стали готовиться к долгожданной встрече: оперативно нарезали салатики, нажарили вкуснятины и накрыли праздничные столы.
Готовились к встрече с берегом и экипажи сторожевых кораблей «Бдительный» и «Дружный». Вдруг приходит телеграмма: «Дружному» «добро» заходить, а СКР «Бдительный» продолжить сопровождение ПКР «Ленинград» до Кронштадта». Салаты обветрились и закисли, а жены моряков погрузились в уныние. Но служба есть служба.
По прибытии в Северную столицу СКР «Бдительный» поставили на рейде Кронштадта, а вертолетоносец решили завести в Неву. Легко сказать, а осуществить на практике куда сложнее. Проход по Неве такой громадины — это серьезное навигационное мероприятие. Специально вдоль каналов были выставлены теодолитные мосты. Корабль заводили в ночь. И лишь после этого нам разрешили зайти в Кронштадт и встать у стенки. Первое, что мы сделали, спустившись со сходней, вместе с доктором побежали в матросское кафе. И что сразу там купили? Не поверите — по стакану сметаны и по булочке! Такое необычное желание после долгого приема корабельной пищи возникло.
Капитан 1ранга запаса Олег Дудин:
— Письма из дома нам за всю службу передали в последний момент лишь возле Кронштадта. Поэтому, как только разрешили сход, я поехал в Ленинград звонить супруге. Полчаса по междугороднему телефону с женой разговаривал. Потом оказалось, в Кронштадте можно было поговорить с домом по оперативной связи.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

Фото: из исторического журнала СКР «Бдительный».
В гости к командате Фиделю
Следующая боевая служба пришлась на 1981 год. В поход на Остров свободы с берегов Балтики отправились сторожевые корабли «Бдительный», «Свирепый» и танкер «Олекма». Уже в водах Атлантического океана в районе Азорских островов к ним присоединился большой противолодочный корабль Черноморского флота «Николаев». Боевая служба запомнилась ее участникам не столько учениями и стрельбами — в истории корабля их не счесть, а эпизодами, когда судьба и океан испытывали моряков на прочность характера, умение найти единственно верное решение нетривиальных задач. Конечно, в памяти моряков СКР «Бдительный» остались яркие и теплые воспоминания о далекой экзотической стране, ее приветливом добродушном народе. Впрочем, начинался поход на Кубу с точки зрения воздействия океана на корабль и моряков несравнимо сложнее предыдущей боевой службы.
По пути на Остров свободы после выхода в Атлантику разыгрался сильнейший шторм. Центр циклона сопровождал ордер кораблей по всему маршруту до Кубы. Моряки две недели перехода на Кубу фактически «на ушах простояли». Вахту несли на пределе возможностей, питались от случая к случаю. Причем на камбузе готовили только второе. Но столовая по большей части пустовала. Кому плохо, кто на вахте. Те, кто все-таки добирался до столовой и решался поесть, сами себе еду накладывали, а затем, став в дверном проеме, упирались в него спиной и ногой. В такой причудливой позе цапли во время охоты пытались хоть как-то поесть. Несмотря на бушующий океан и неимоверно сложные условия несения вахт и управления кораблями, походный ордер балтийцев шел намеченным курсом.
Капитан 1 ранга запаса Олег Дудин:
— Мы шли под флагом заместителя командующего Черноморским флотом адмирала Самойлова. Он являлся старшим отряда кораблей. Однако самого адмирала на БПК «Николаев» не было. А весь походный штаб находился на сторожевом корабле «Свирепый», и мы, балтийцы, фактически руководили походом. Старшим являлся начальник штаба 128-й бригады капитан 2 ранга Ю.А. Албузов.
До Кубы шли долго — две недели по нескольким причинам. Первая — сильнейший шторм в Атлантике. Вторая заключалась в том, что танкер «Олекма» значительно уступал по скорости боевым кораблям. Поэтому мы шли челноком. То, ожидая подход танкера, то после вынужденной стоянки догоняя его.
Море уважает сильных
Двухнедельный переход запомнился сразу несколькими нештатными ситуациями.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Еще на этапе подготовки сторожевого корабля «Бдительный» к походу во время ремонтных работ мичман В.М.Поздняков слегка повредил себе палец. Простая царапина — словом, мелочь. Однако вскоре ранка начала гноиться. Мичмана отправили в госпиталь, посмотреть, в чем дело. Там сказали, не переживай, срезали кусочек кожи, замазали ранку зеленкой и отправили на корабль.
Уже когда СКР «Бдительный» прошел проливную зону, у мичмана вновь разболелся поврежденный палец. Причем боль была настолько сильной, что не давала ему спать по ночам. При внимательном осмотре оказалось, что у Позднякова началась гангрена. Человека нужно было спасать. Здесь стоит уточнить, что на БПК «Николаев» находился полковник медицинской службы опытный хирург, флагманский доктор Черноморского флота. Однако бушевавший в Атлантике шторм не позволял ему переправиться на наш корабль, и врач «Бдительного» с ходового мостика постоянно консультировался с коллегой с Черноморского флота. Также весь поход он постоянно докладывал флагманскому доктору, как развивается ситуация. А она явно оптимизма не вселяла. Чтобы предотвратить дальнейшее нагноение, приходилось буквально по кусочкам отнимать у мичмана палец. Полфаланги, вторую ее часть... Но болезнь не отступала. В конечном итоге при подходе к Кубе, когда погода уже успокоилась, флагманский врач смог перебраться на СКР «Бдительный». После осмотра он сказал мичману: не расстраивайся сильно, лучше потерять руку, чем потерять жизнь. Гангрена на тот момент уже добралась до кисти. Позднякову вскрыли ладонь и выкачали, чуть ли не целый стакан гноя. Когда операция завершилась, флагманский доктор Черноморского флота приказал: по приходе на Кубу — мичмана срочно на пляж, экипажу, по графику следить, чтобы он целый день руку из соленой океанской воды не вынимал...
После Кубы заметно потерявший в весе В.М.Поздняков вместе с экипажем прибыл в Средиземное море, где его определили на госпитальное судно «Енисей» — долечиваться. В оборудованном по последнему слову техники плавучем медучреждении мичман быстро пошел на поправку. В немалой степени этому способствовали вкусная и сытная пища, а также заботливый и, безусловно, прекрасный сестринский персонал. Я когда по делам службы посетил это госпитальное судно, застал нашего мичмана на верхней палубе в лучах средиземноморского солнца, в приятном расположении духа и окружении очаровательных медицинских сестер...
Еще один случай, вполне способный обернуться трагедией, также закончился благополучно. А дело было так. Когда группа советских кораблей уже подходила к Острову свободы и погода значительно улучшилась, командование корабля решило заняться подготовкой к заходу в Гавану. Кстати, с просветлением неба активизировалась американская авиация. За ней вскоре подтянулся и эсминец ВМС США. Впрочем, назойливое внимание заокеанских военных не мешало экипажам после двухнедельного плавания в штормовых условиях приводить свои корабли в порядок. Нужно было счистить ржавчину, покрасить некоторые места. Командир СКР «Бдительный» объявил корабельные работы. Моряков вооружили кого скребком, кого ножом. Каждому подразделению выделяют свой участок — палубу, переборки, надстройки, и все дружно приступили к работе.
Личному составу боевого информационного поста досталось минные дорожки, которые плавно спускались вниз к корме. На левом борту за дело взялись совсем молодой моряк и уже опытный старшина 1-й статьи, который, к слову сказать, имел допуск к секретной информации. Физически он был крепким парнем. Мог сто раз подъем переворотом сделать. Сменившись с вахты, старшина 1-й статьи пошел помогать товарищам. Спустившись на ют, и бегло оценив обстановку, он сказал молодому моряку, чтобы он пересел подальше от борта, а сам занял его место. Корабль был на ходу, волна океанская еще не совсем успокоилась. А корма — самое низкое место на «Бдительном». В очередной раз, когда корабль накренился на правый борт, волна накрыла ют, и старшину через минный скат смыло в открытый океан. Молодого матроса просто ударило об настройку.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Мы сразу бросили старшине круг. Но куда там. Поначалу старшина плыл за кораблем. Но потом вдруг повернул в противоположную сторону. А прямо за нами идет американский эсминец. Поднял флаги: «Могу оказать помощь». Уже вертолет в небо с палубы американского корабля взмыл. «Бдительный» пошел на циркуляцию против солнца. Моряка не видно. Все, думаю, что-то я упустил, моя офицерская карьера закончилась!
Капитан 1 ранга запаса Олег Дудин:
— Катер спустили на воду, перекрывая все нормативы. Старшину поначалу не могли обнаружить, но потом все-таки его заметили среди волн. Оказалось, парень каким-то чудом обнаружил спасательный круг, смог ухватиться за него и стал ждать помощи.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Когда старшину вытащили из воды, его сразу направили ко мне в каюту. Первым делом ощупал руки и плечи моряка. Ведь когда люди хотят сбежать с корабля, то, как правило, мажут тело жиром, чтобы при долгом пребывании в океанской воде соль не разъедала кожу. Потом мы с ним побеседовали. Я-то знал старшину с хорошей стороны, но по должности проверить все был обязан. Спросил, чего ты развернулся от корабля? Он ответил: «А вы попробуете плыть за кормой — от винтов напор, плюс волна встречная. Я бы долго не удержался». Как требовалось, мы доложили о происшествии командованию 5-й оперативной эскадры. Нам приказали срочно задрапировать ют. Помню, в качестве драпировки мы использовали волейбольные сетки...
Сильнейший шторм, замкнутый мир боевого корабля, вахты и тревоги, груз ответственности за выполнение важных военных и государственных задач. Такой ритм жизни может выдержать далеко не каждый, даже подготовленный человек. Примеров тому в истории флота предостаточно. Этот эпизод произошел на СКР «Бдительный» при следовании на Кубу. У матроса-шифровальщика не выдержали нервы, и помутился рассудок.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Я находился в своей каюте. Вдруг, стучится кто-то. Открываю. Стоит моряк.
— Пойдемте скорее, там с нашим шифровальщиком что-то не так, — с нескрываемым волнением в голосе произнес парень. — Ведет себя странно, говорит всякую чушь, форму раздает сослуживцам.
Для меня в плане защиты государственной тайны этот член экипажа был крайне важен. Матрос-шифровальщик являлся носителем гостайны. У него была отдельная каюта, бронированная дверь, сейф, документы под грифом «Совершенно секретно». Я рванул на верхнюю палубу. На двери каюты шифровальщика листок бумаги прикреплен: «Не мешайте, идут отработки», и сигаретным окурком печать поставлена. Я ему, Витя, открой. Он отворил дверь. Я сразу шагнул в каюту, а там по комингс воды, еще и краска разлита. Сам матрос в трусах сидит на сейфе и безучастно смотрит на меня. Взгляд явно не здоровый. Говорю ему, сынок, в чем дело? Молчит. Я к командиру. У нас проблема! Надо решать вопрос с «СПСовцем», а главное — секретные документы проверить. Командир мне в помощь замполита отрядил. Для верности еще и врача позвали. Проверили документацию — трех блокнотов под грифом «Совершенно секретно» недостает. Что делать? С корабля они уйти не могли. Тем более в учебке моряков этой специальности строго наставляли: шаг вправо или влево — тюрьма, а то и вовсе расстрел! Он же не враг себе документы специально прятать или уничтожать.
Стали с ним разбираться. Выяснилось, что при обязательной проверке документов он не обнаружил трех секретных блокнотов. Три дня проблему в себе носил, ходил, переживал, и в итоге у него с психикой проблемы начались.
Мы с замполитом воду откачали, стали внимательно искать документы. Нашли. В тумбе металлического стола сейф был установлен. Размером чуть меньше этой тумбы. Все приварено к полу. Когда матрос складывал документы, случайно блокноты между крышкой стола и сейфом положил. Дверцу тумбы захлопнул, документы завалились за сейф. Я командиру доложил, что все на месте. Он сказал: «Хорошо, — и обернувшись к замполиту, добавил, — Тебя учили на этой шифровальной машине работать. Вспоминай и берись за дело»!
А матросом-шифровальщиком занялся доктор. После осмотра моряка определил в лазарет. Для верности привязали его к койке. Когда пришли на Кубу, шифровальщика с эскортом сопровождающих отправили с Союз.
Гавана — город солнца и улыбок
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: церемония встречи в порту Гавана 15 апреля 1981 г.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: командир отряда В.А.Самойлов с командирами кораблей В.И.Куренковым, В.Р.Головуниным, Л.Н.Шевченко.
На Кубу советские боевые корабли пришли в канун праздника 1 Мая. В это время в Гаване проводились праздничные мероприятия, из которых самым массовым и ярким, безусловно, была первомайская демонстрация. От взгляда советских моряков не ускользнул эпизод, когда накануне праздника в столицу для придания мероприятию массовости с окрестностей свозили всех жителей. Причем в самосвалах с высокими бортами, стоя. Впрочем, этот факт ничуть не умолял масштабности и яркой самобытности первомайской демонстрации по-кубински. Она проходила на площади Хосе Марти (аналог нашей Красной площади) и имела свои национальные особенности. Традиционно в начале колонны шла правительственная делегация во главе с Фиделем Кастро и его братом Раулем, который тогда занимал должность министра обороны и министра безопасности Кубы. Они приветствовали сидящий на трибуне народ. В тот раз советским военным морякам выделили специальную трибуну, и во время прохождения кубинский лидер лично поприветствовал экипажи кораблей Балтийского и Черноморского флотов.
За ярким тропическим солнцем, океанской бирюзой и экзотикой столицы Острова свободы постоянно ощущалось незримое дыхание «холодной войны». А потому меры безопасности в период пребывания на Кубе советских боевых кораблей принимались самые серьезные. Даже во время стоянки в Гаване постоянно проводились противодиверсионные мероприятия. Любая поездка советских военных моряков осуществлялась под охраной вооруженной полиции. Даже на пляже покой друзей из СССР оберегали кубинские стражи порядка.
Во время стоянки в Гаване было запланировано посещение кораблей лидером кубинской революции Фиделем Кастро. Однако в столице визит так и не состоялся. Как объяснили кубинские друзья — из соображений безопасности. Впрочем, Фидель Кастро все-таки побывал в гостях у советских военных моряков. Специально для проведения визита высокого гостя отряд боевых кораблей после недельного пребывания в Гаване снялся с якорей и перешел в порт Сьенфуэгос.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: СКР «Бдительный» швартуется в порту Сьенфуэгос (1981 год).
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Там прямо на берегу моря располагался крупный сахарный завод. Рядом с ним — гигантский логистический склад, куда могли заходить для загрузки суда. На это раз их место заняли корабли Балтийского и Черноморского флотов. Еще до прибытия высокого гостя сюда приезжали сотрудники его охраны. Проверяли все окрестности, каждый уголок склада, куст, метр причальной стенки. Фидель Кастро вместе с Раулем появились под самый вечер, когда на город спускалась ночная мгла. Он поднялся на борт БПК «Николаев». Туда же на встречу пригласили офицеров с СКР «Бдительный» и «Дружный». Лидеру кубинской революции показали вооружение корабля, познакомили с бытом военных моряков. Также он смог пообщаться с советскими морскими офицерами...
После визита Кастро, все корабли перегнали обратно в Гавану. Надо сказать, что Куба очень гостеприимно встретила советских военных моряков. Для экипажей была организована обширная культурная программа, включавшая посещение исторических и этнографических мест Острова свободы, концертов и даже ночного кабаре.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: отряд кораблей в Гаване (1981 год).
Капитан 1 ранга запаса Олег Дудин:
— Во время нашего визита на Кубу в Гавану с концертами приезжала Алла Пугачева. Мы решили, а давайте пригласим ее в гости, чтобы звезда советской эстрады дала у нас на корабле концерт. Для переговоров делегировали к ней политработников. Увы, вернулись они ни с чем. Алла Борисовна не согласилась на наше предложение. Впрочем, нам предоставили возможность посетить ее концерт в Гаване.
А к нам в гости приезжали кубинские комсомольцы. Очень дружелюбные, веселые, зажигательные ребята. Они выступили с концертом на палубе БПК «Николаев».
Экипажи кораблей возили на экскурсию в экзотическую индейскую деревню в Арадеро. Также моряки посетили гаванский зоопарк. С этой экскурсией связана одна легенда, а возможно, и быль. В зоопарке в открытом вольере за не очень высокой изгородью на солнце грелись крокодилы. Небольшие, но много. Рассказывают, что кто-то якобы видел, как командир сторожевого корабля «Бдительный», когда уже вся группа моряков пошла дальше, оказался в вольере с крокодилами. Точнее, он облокотился на ограждение, чтобы повнимательней рассмотреть животных. В какой-то момент хилый заборчик просто не выдержал и провалился. Офицер буквально навис над кровожадными рептилиями. Причем крокодилы, повинуясь животному инстинкту, тут же собрались под потенциальной жертвой, но командира корабля вовремя спасли посетители зоопарка. Правда это или нет, сегодня точно уже никто не скажет.
Запомнились и поездки на знаменитый пляж Тропикана, где располагался ресторан для иностранцев с ночным кабаре. С его посещением связано одно недоразумение, обусловленное различием наших культур. У кубинцев было принято ходить в рестораны со своей спутницей и с ней же весь вечер танцевать. Советские моряки, не знакомые с этой особенностью местного этикета, после пары рюмок доброго кубинского рома стали приглашать чужих девушек на танцы. Своих-то по понятным причинам вдали от родных берегов и быть не могло. После столь «некорректного» поведения морякам, не соблюдающим местные традиции, запретили вход в этот ресторан. Однако на 9 Мая кубинцы сделали исключение.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: моряки «Бдительного» у вольера с крокодилами (1981 год).
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Ресторан очень старый. Строился для американских миллионеров и был выдержан в колониальном стиле. Перед рестораном был разбит большой и удивительно красивый парк с мраморными статуями и фонтанами. В самом заведении находилось два зала. Один крытый, а другой располагался под открытым небом в окружении тропических пальм. На пальмах где-то на уровне двух метров были смонтированы небольшие площадки. Мы еще подумали — для чего? Посредине ресторана находился танцпол, а чуть в стороне — двухуровневая сцена.
Обычно люди здесь начинали собираться ближе к вечеру. После 10 часов заканчивалось привычное ресторанное гулянье. Со столов убирали все угощения за исключением горячительных напитков. На полтора метра поднималась сцена, и начиналось представление. Мы увидели историю Кубы в танцах и песнях. От момента ее завоевания испанскими конкистадорами до сегодняшнего дня.
Примечателен такой эпизод. В концертной программе выступала очень известная и заслуженная кубинская артистка. После исполнения песни она спустилась в зал. Командир «Бдительного» Лев Шевченко, как знал, что пригодится, прихватил с собой пару маленьких пузырьков духов «Красная Москва». Он презентовал их кубинской диве. А стоит заметить, что для Острова свободы духи тогда были большой редкостью. Надо было видеть, как популярная на Кубе певица буквально сияла от счастья, получив такой презент из рук советского морского офицера.
После этого в зале потух свет. И вдруг все буквально взорвалось морем разноцветного огня — началось представление мюзик-холла. Кроме сцены девушки-танцовщицы плясали под зажигательные ритмы на небольших площадках, установленных среди раскидистых пальмовых ветвей. В одно мгновение ресторан потонул в буйстве ярких красок и ритмичной музыки, вовлекая посетителей в атмосферу безмятежного веселья.
Презент от Фиделя
После двух недель пребывания советских кораблей на Кубе настал монет расставания. Как гостеприимный хозяин Фидель Кастро приготовил военным морякам подарки. В презентах помимо тропических фруктов были глиняные бутылочки с элитным кубинским ромом. Емкости по 0,5 и 1 литру были упакованы в деревянные изящные деревянные футляры со специальными замочками. Выглядело все стильно и красиво.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Прямо на набережную Гаваны пришла машина, из которой выгрузили коробки с подарками. Командир говорит мне: «Володя, не знаю, куда все деть. В рефкамеру не поставишь. Давай, сложим коробки в секретный архив». Я грех на душу взял, согласился. Офицерам ром выдали сразу, а морякам-срочникам решили, отдать подарки по увольнению, чтобы домой презент из далекой Кубы привезли. Разместили мы коробки с ромом от Фиделя в архиве под надзором старшины-секретчика. Когда вернулись в Балтийск, началось увольнение матросов и старшин. Построили личный состав. Командир корабля объявляет: «Старшина Петров, благодарю за службу», и вручает моряку в подарок бутылку кубинского рома. Тот в ответ: «Товарищ командир, а там вроде ничего нет». Посмотрели, и в самом деле бутылка пустая. Как так, почему?
Стали разбираться. Я взял моряка в оборот и говорю, ну-ка, колись, в чем дело? Парень помялся немного, но потом рассказал, как все получилось. В океанском походе, когда у тебя под боком запасы элитного и экзотического для советского человека напитка, велик соблазн его попробовать. Тем более матрос нашел способ, как «незаметно» подсократить запасы подаренного рома. Дело в том, что бутылочная пробка была изготовлена из глины. Сверху на нее клеилась акцизная марка. Моряк размачивал бумажные акцизные марки водой. Они становились более эластичными и позволяли слегка приоткрывать глиняные пробки. Так, капля по капле за поход он умудрился бутылки четыре рома опорожнить...
И снова Средиземное море
После Кубы на переходе через Атлантику проблемы с психикой возникли еще у одного из членов экипажа СКР «Бдительный». Причем случилось это во время отработки кораблем стрельбы по воздушным целям. Походный штаб находился на БПК «Николаев», когда с матросом обнаружилось неладное.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Я на мостик поднялся, докладываю. У одного из моряков с головой что-то. Мой начальник по оперативной линии спрашивает: «Сергеев, ты сам как себя чувствуешь?» — «Нормально», — отвечаю. Тогда остановили ордер. Спустили катер. На нем пришел начальник штаба капитан 2 ранга Ю.Албузов с моим начальником. Веди, говорят, к своему моряку. Заходим в лазарет, а матрос сразу встает с койки и прямо начальнику штаба в лицо: «Вот как вы думаете?» — «Мозгами», — отвечает Албузов. «А у меня мысли формируются в животе, — поясняет моряк. Потом постепенно поднимаются вверх. Я раньше велоспортом занимался и всегда стремился к тому, чтобы скорость моей мысли была соизмерима со скоростью движения велосипеда». Начальник штаба, не раздумывая, отвечает: «Сынок, молодец, ложись отдыхай». Когда мы пришли в Средиземное море этого матроса определили в специализированное отделение госпитального судна...
На обратном пути с Кубы корабли Балтийского флота и БПК «Николаев» разошлись. Большой противолодочный корабль взял курс на Севастополь. На память о совместном плавании командир «Бдительного» Лев Николаевич Шевченко через Олега Дудина передал командиру БПК фотографию «Бдительного» с автографом. Затем ордер балтийцев взял курс на Средиземное море.
Капитан 1 ранга запаса Владимир Сергеев:
— Выпускник штурманского факультета Калининградского ВВМУ Лев Николаевич был опытным, знающим свое дело моряком. Он имел богатый опыт океанских походов, чтил морские традиции и во всем был максималистом. Иногда в плавании вечером, пока офицеры организовывали отбой личного состава, мы садились с ним сыграть в нарды. Затем, как правило, шли проверять порядок на корабле. Но если Лев Николаевич проигрывал, то мы могли до трех часов ночи кости кидать, пока он не возьмет реванш. Он по натуре был победителем, а военная служба у него всегда стояла на первом месте.
Примечателен такой случай. Я не раз замечал, во время походов капитан 3 ранга Л.Шевченко, когда садились за стол, непременно солил даже соленую пищу. Я старался его ненавязчиво увещевать, говорил, Лев Николаевич, что ты делаешь? Это же очень вредно. «Мне так нравиться!» — отвечал командир. Конечно, такое пристрастие не могло остаться без последствий. Как-то раз в Средиземном море в районе якорной стоянки мы ожидали команды на выход. И тут у командира корабля начался приступы почечной колики. Причем они были такие сильные — на грани потери создания. Наш доктор старший лейтенант медслужбы В.Козлов принялся лечить командира. Делал ему обезболивающие уколы, а также инъекции, стимулирующие выход камней из почек. Между тем время неумолимо шло вперед. До выхода корабля оставалось всего три дня. Операция на почках в условиях моря — дело опасное. Да и старший помощник командира капитан-лейтенант Александр Сузый на тот момент не имел большого практического опыта командования кораблем.
Я говорю: «Доктор, три дня до выхода осталось, нужно что-то предпринимать». Он сделал командиру очередной укол, набрал ванную горячей воды и туда его спровадил. Сидите, мол, товарищ командир, и ждите, когда камень сам выйдет. В три часа ночи стук в дверь каюты. Открываю, командир стоит. Родил! И показывает пробирку, а там с полфаланги мизинца колючий как морской еж камень лежит. С утра на завтрак вышел капитан 3 ранга Лев Шевченко совсем другим человеком. И цвет лица изменился, и настроение позитивное. Можно дальше в поход идти.
В Средиземном море экипажу сторожевого корабля «Бдительный» дали команду сопровождать тяжелый авианесущий крейсер «Киев» на учения «Запад-81». Но перед тем как совершить переход на Балтику, было решено, прямо в море заправить корабли топливом. Танкер шел посредине, с левого борта от него пристроился ТАКР «Киев», а «Бдительный» — справа и чуть впереди. Как раз во время этой непростой операции случилось опасное навигационное происшествие.
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

На фото: ТАКР «Киев» начал заправку от танкера (1981 год).
Капитан 1 ранга запаса Олег Дудин:
— Я хорошо помню этот эпизод, так как стоял вахтенным офицером. Танкер был под завязку наполнен топливом, а потому шел как утюг, полностью погрузившись в воду. Во время заправки на ходу у «Бдительного» неожиданно заклинило руль, и корабль понесло прямо под форштевень танкера. Еще минута — и катастрофы было не избежать. Попытка перейти на управление с румпельного отделения ни к чему не привела. Тут четко сработал командир корабля капитан 3 ранга Лев Шевченко. Можно сказать, именно его самообладание и грамотные действия предотвратили большую беду. В самый критический момент Лев Николаевич своевременно дал команду на «Стоп», а затем «Самый полный назад». Мы оборвали все дороги, на палубу рекой полилось топливо. Она вмиг стала скользкой, как каток. Вмятины получил корпус корабля. Но главное, удалось избежать серьезного столкновения с груженым под завязку танкером. Как и предписано в аварийной ситуации, на «Киеве» тут же сыграли тревогу.
Старший на авианосце поинтересовался, сколько времени командованию «Бдительного» понадобиться, чтобы уладить вопрос с капитаном танкера и не предавать этот случай огласке. Пострадавших ведь нет, танкеру и кораблю нужен небольшой ремонт, который экипажи вполне смогут выполнить самостоятельно прямо в море. Мы, офицеры, собрали свои сувениры, что везли с Кубы: ром, народные поделки, другую экзотику, чтобы экипаж и капитана танкера Северного флота задабривать. На переговоры отправился капитан-лейтенант Александр Сузый. Минут через сорок он вернулся. Настроение офицера было хмурым. Оказалось, капитан танкера уже доложил о происшествии командованию 5-й Средиземноморской оперативной эскадры. В результате сторожевому кораблю «Бдительный» по возвращении домой снизили оценку за боевую службу с «отлично» на «хорошо».
«Бдительный»: боевые службы 1980 и 1981 годов

Фото: из исторического журнала СКР «Бдительный».
Впрочем, это обстоятельство нисколько не умаляло заслуг экипажа корабля. Боевые службы 1980 и 1981 годов, показали, что все, начиная от рядового моряка да командира, были профессионально подготовлены, понимали, что такое чувство Родины, осознавали необходимость ее защиты от внешних угроз. Достойно и с честью выполнили поставленные командованием Балтийского флота задачи.

Владимир Дашевский.



Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов

Бдительный: боевые службы 1980 и 1981 годов